Выгодный проект: точный алгоритм отбора
Я начинаю фильтрацию с контекста: рынок, регуляторная планета, технологическая фаза продукта. Выстраиваю карту макрознаков и ищу точки входа, где спрос разогрет, а конкуренты застигнуты инерцией.
Затем подключается арифметика. Чистый приведённый доход (NPV) выходит выше суммы вложений минимум на средневзвешенную стоимость капитала. Внутренняя ставка доходности строится на денежном потоке без эвфемизмов, дисконт учитывает премию за страновой риск.
Финансовая матрица
Срок окупаемости беру предельный – до трёх лет для цифровых сервисов, до пяти для инфраструктурных циклов. Матрица чувствительности показывает, как EBITDA реагирует на колебания выручки и себестоимости. Жёсткий стресс-тест под давлением показателей приносит вагон инсайтов.
Бухгалтерия рассказывает лишь половину истории. Смотрю на юнит-экономику: LTV к CAC не ниже трёх, средний чек растёт каскадом, churn держится под двумя процентами. Если метрика хоть раз фальшивит, выставляю алерт.
Асимметрия рисков
Асимметрию фиксирую через показатель CVaR (Conditional Value at Risk): среднее потерь за хвостовым событием. Проект интересен, когда CVaR не превышает четверти ожидаемой маржи. Репутационные риски кодирую в индекс Gamma, включающий ESG-параметры.
Юридический скрининг шерстит патентные споры и концессии. Любая латентная претензия создаёт квазиоблигации, снижающую эффективность капитала. При сомнениях беру скидку к оценке, трансформируя их в опцион на последующие раунды.
Синергия команды
Команду анализирую сквозь призму индекса K* (коэффициент когнитивного разнообразия). Высокий K* коррелирует с быстрой адаптациейцией гипотез. Интервью на нижних уровнях выявляют истинный драйвер, скрытый под слоем презентаций.
Сводный рейтинг формируется из тридцати метрик, каждая весит по Шеннону—Виверу: чем выше неопределённость, тем сильнее коэффициент. Грейд A запускает сделку, B переводит в лист ожидания, C отсекается. Такой алгоритм сохраняет капитал и приумножает его быстрее инфляции.
